Я так давно ничего здесь не писала...

Барабанит по подоконнику. В комнате темно, только горящий экран компьютера. Муж еще не вернулся. Я устроилась на полу возле дивана, чтобы что-то написать... спустя... сколько времени прошло?

Рядом сопит и спит маленькое чудо. Время от времени дыхание учащается и маленькие ручки тянуться к личику. Знаю, что это бесконтрольное пока движение. Но все равно сердце сжимается - мучает животик, больно. Глажу, успокаиваю.

Удивительное счастье, сидеть так в грозу, на страже чьего-то сна. Хотела бы сидеть долго-долго, поправлять одеяло, отгонять плохие сны, успокаивать ручки... но знаю, сама скоро свалюсь рядом... 

Дэнс дэнс 

громкий ветер и шуршание сухих листьев по асфальту... Потом безымянный бас с резкими ударениями и бесконечными "лу лу"  и "э", внизу говорит по телефону, как будто до высоты моего окна вытянулся синий (обязательно синий) истукан, какие бывают на африканских картинах... Не могу спать, шум... Новый день. Сегодня в обратный путь, до свидания мой город роз...  сейчас высоко, отсюда все видно, дома и крыши, а потом вдруг где-то огромное небо и Эйфелева башня... и острия соборов... Раннее утро, а город уже проснулся, загорелся желтый свет в барах, потянулись сонные прхожие, запах кофе, газеты, громкие голоса... Бельвиль. У дома Эдит Пиавф. Старые двери морской волны, ступеньки, а на асфальте - маленькие ручкйки розовой мозаики, как лепестки застыли на мостовой, у ее дома... Ведь кто-то придумал. Холодно, светает, стальные порывы ветра крутят волосы, колят глаза. шагаю, шурша листьями, вперед, к смотровой площадке Бельвиля, попросить у города мужества. Нет никого, небо огромное, сизый город внизу с серебряной паутинкой солнца на маленьких окнах и крышах. Там спят еще... А я тихо любуюсь отсюда, дышу... Берегу в сердце... 

Неровный стук поезда. Так невероятно тепло, что даже самые простые слова, кажутся, фальшивыми. Такой кисельный звон, где-то в сердце, тихий, ровный, лучистый. Попробуй, опиши это чувство. Золотые поля сухоцветов, дурман пьяной хвои, а потом ветер и соленый шум прибоя. А сейчас… стук поезда, мелькающие поля, соляные топи, заплатки розовых и синих цветов, обрывистые берега, ржавые мосты и солнце, солнце, солнце… Теплый ветер в лицо, вышибает слезы, как будто говорит, только не спи, не спи. И в нем, в этом ветре жизнь, со всеми ее нотами, со всеми ее песнями, голосами. Там и крики торгующих фруктами на остановке, и чайки и сухая земля и столько любви, что дышать  тяжело. 

Наверное, наверное, там впереди еще многое будет, многое ждет, но рай мой, он, наверное, и останется, на синей скамеечке с родной душой бок о бок. И тихо-тихо будут там над головой ветви ворчать, прятать от посторонних взглядов.

И вот потом наступает этот момент, когда плечи опускаются, напряжение в уголках рта проходит, становится тихой улыбкой, веки перестают дрожать, дыхание ровное... Просто сон. А там, в этом другом мире, ворох листьев, бесконечных зачем и почему. Таких главных "зачем" - "зачем все"? Такой странный мостик между сейчас и бесконечностью в этом "зачем"? Ведь зачем-то нужно пахать поле, вести плуг вперед, затем опять, так несколько раз, потом сеять, жать и зима, а потом снова тянуть, идти, пахать... Чтобы есть, чтобы жить, чтобы ели и жили другие, родные, знакомые, незнакомые...чтобы любить и потому что любишь, любишь людей, любишь жить. А потом вдруг эта странная дверь "зачем"? Ведь если перестать дышать, мир продолжит жить и умирать... Так зачем? Ведь если сейчас не встать, то все равно завтра выпадет снег. А сейчас я сплю.. Я просто сплю...А это "жить так, как если бы день был последним, до конца". Так все быстро меняется... И я конечно проснусь и снова побегу...  Только не знаю, зачем? Шагаю, поверила... И вот рядом со мной запрыгал солнечный зайчик. Идет со мной, а мне уже не холодно. Просто радостно, и нет никаках "зачем"... И не нужно их.